Когда начался спектакль, и кудряшовские девочки, играющие деревенских старух "в польтах", платках, очках и сапогах-валенках, спели - великолепно! - одну русскую песню, потом другую, третью, в зале все развеселились. Такие забавные старухи, сыгранные средствами мелко проработанной мимики, тяжелой статуарной пластики и северного говора на разные лады, были, конечно, very exotic на сцене "Практики". Где-то на третьей-четвертой песне в зале с опозданием появился Бояков, который с каждым годом все отчетливее приобретает черты готического (не путать с родными готами!)средневекового персонажа. А мне как раз сегодня днем мои студенты, перебивая друг друга, пересказывали интервью с ним:
- Представляете, он сказал, что тратит 80 000 в день? Представляете?
И неприятное подозрение закралось мне в душу. Решила, что бабки назначены игрушками для респектабельной публики, и стиснув зубы, приготовилась, чтобы это перетерпеть.
А в результате чуть было не заплакала в финале.
Зрители (совсем молодых было очень много) устроили овацию и не хотели расходиться, но нас практически попросили это сделать.
Умный спектакль с трагическим финалом. Все актрисы очень хороши, но у Сухорецкой и еще двух (в черном пальто в середине и рядом с ней в розовом платке - жаль, что не знаю их фамилий) совершенно блестящие работы.
Сценографы - крымовские студентки Алина Бровина и Саша Дашевская. Девочки, я вас поздравляю! С большим интересом наблюдала, как вы устраивали метаморфозы в пространстве маленькой сцены.
И огромный респект Светлане Земляковой.